Ягмуров Мурад Оразмурадович

— Мурад Оразмурадович, как вы пришли в медицину?

Наверное, это решение зрело во мне с детства. Я вырос в семье инженеров, но с ранних лет понимал, что хочу видеть результат своей работы не на бумаге, а в жизни, в глазах людей.
Меня всегда привлекала точность и ответственность, с которой работают врачи. А позже стало понятно, что хирургия — это профессия, где можно соединить науку, технику и эстетику.
Когда я поступил в медицинский университет, окончательно осознал: медицина — это не просто работа, это образ жизни.

— Почему именно пластическая хирургия?

Во время обучения я интересовался разными направлениями — от общей хирургии до реконструктивной.
Но пластическая хирургия всегда выделялась тем, что она возвращает не только физическую форму, но и уверенность, качество жизни, внутреннее состояние человека.
Я начал с классической хирургии, потому что считаю, что именно она даёт фундамент.
Хирург, который знает анатомию и умеет работать в экстренных ситуациях, может уверенно и безопасно выполнять эстетические операции.
Позже я прошёл ординатуру по пластической хирургии и аспирантуру, где занимался научной работой в области реконструкции и абдоминопластики. Сегодня готовлю диссертацию на соискание докторской степени.

— С какими запросами пациенты обращаются чаще всего?

Очень разные.
Это и коррекция фигуры — липоскульптурирование, абдоминопластика, липофилинг,
и эстетика лица — блефаропластика, подтяжка, устранение возрастных изменений.
Но если говорить честно, за каждым запросом стоит не просто желание изменить внешность.
Чаще всего — это стремление к гармонии с собой, к уверенности, к ощущению, что ты снова «в своём теле».

— Насколько часто к вам приходят с «чужими желаниями» — например, сделать 
«как у звезды»?

Бывает.
Пациенты показывают фотографии и говорят: «Хочу так же».
Но я всегда объясняю: точного повторения не бывает.
Можно вдохновляться, но решение должно быть индивидуальным.
Я не делаю «копии». Я делаю так, чтобы человек смотрел на себя и говорил: «Вот теперь — это я».

— У вас, кажется, очень чёткое отношение к профессии. Как бы вы сформулировали свой главный принцип?

Качественно — или никак.
Каждая операция должна быть выверена, продумана и технически безупречна.
Но не меньшее значение имеет человеческий фактор: доверие, открытый диалог, понимание ожиданий.
Я считаю, что пластическая хирургия — это не про быстрый эффект. Это про долгий, устойчивый, честный результат.

— И последний вопрос. Что для вас самое ценное в вашей работе?

Наверное, тот момент, когда пациент после операции впервые улыбается.
Когда человек приходит не только с изменённой внешностью, но и с другим взглядом на себя.
Ты видишь, как уходит неуверенность, зажимы, сомнения.
И вот это — настоящее признание.
Понимание, что ты не просто сделал операцию,
а помог человеку почувствовать себя собой.